Определение Гоголя, назвавшего Невский проспект «всеобщей коммуникацией» Петербурга, остается актуальным. Город спланирован так, что у главного проспекта нет ни конкурентов, ни дублеров. Миновать его, добираясь с одного конца города на другой, практически невозможно.

Проспект — идеальное место для городского зеваки. Здесь самые нарядные дамы, самые дорогие машины, магазины, торговые комплексы, пешеходные зоны, уличные музыканты, храмы всех вероисповеданий, архитектура всех стилей, театры, кинотеатры, казино, клубы и рестораны. Невский заполнен людьми с раннего утра до позднего вечера, и в крещенские холода, и в белые ночи. Наибольшее оживление — летними вечерами, когда на солнечной стороне (она же северная и четная) от Адмиралтейства до Московского вокзала толпа сгущается в очередь и выплескивается на мостовую. Здесь представлены все человеческие типы, социальные и национальные группы: гопники из Металлостроя и Горелова соседствуют с клубной молодежью, традиционные ленинградские интеллигентные старушки спешат в Филармонию мимо агрессивного вида панков.

Невский окончательно сложился не во времена Пушкина, а в эпоху молодой Ахматовой: большинство домов или построено, или перестроено в три последних царствования. Но архитектурный принцип Невского проспекта заложен еще Росси: неожиданный контраст монотонных линий одинаковых по высоте зданий вдоль обеих сторон проспекта, которые время от времени приоткрываются, как два огромных занавеса. И тогда появляются неожиданные перспективы, образованные тремя изогнутыми водными артериями (Мойка, канал Грибоедова и Фонтанка), ансамблями выходящих на проспект площадей (Казанская, Михайловская, площадь Островского) или открытыми проспекту порталами храмов (Петеркирхе, собор Святой Екатерины, Армянская церковь).

От Адмиралтейства до Мойки | От Мойки до канала Грибоедова | От канала Грибоедова
до Фонтанки | От Фонтанки до площади Восстания | Александро-Невская лавра