Недавно в Париже я отправилась с другом в ресторан Costes. Друг, будучи в плохом настроении, обругал еду и сообщил, что в Costes одни понты и ноги его там больше не будет. Через пару дней мы ужинали в ресторан La Société — друг поднялся с той ноги и не переставал радоваться тoму, как все вкусно. Проблема была в том, что оба ресторана принадлежат братьям Кост и в обоих меню идентично, как, скажем, в двух московских «Якиториях».
Некоторое время назад «Афиша» позвонила подписчикам, чтобы узнать, что их в последнее время радовало или раздражало. Как выяснилось, самым лояльным читателям «Афиши» больше всего понравилась обложка с Германикой (которой никогда не было) и колумнист Бугаев (которого не существует). Инерция, с которой мы судим то, чем пользуемся, огромна: если печатать в «Афише» расписания стрип-клубов или учебник по химии, даже самые внимательные читатели еще несколько месяцев будут думать, что это журнал для хипстеров; если в «Старлайте» начать подавать бургеры из «Макдоналдса», никто не почувствует разницы.
Из-за этой человеческой слабости в московских ресторанах происходят интересные вещи, например, благодаря ей «Кофемании» у Консерватории удается зарабатывать по миллиону долларов в месяц — и из-за нее никто никогда не говорит о том, что готовят в «Кофемании» на уровне, который не снился некоторым гастрономическим ресторанам. Просто, несмотря на сложносочиненные блюда по тысяче рублей, «Кофемания» все равно позиционируется как кофейня — и отношение к ней соответствующее: зайти, взять кофе, может быть, быстро поесть. И из-за той же инертности в большинстве своем мы считаем, что в Москве везде дорого и невкусно. И только если вдруг приедет в гости итальянец, вдруг выясняется, что, вообще-то, гораздо вкуснее, чем много где в Европе. Правда, действительно дорого, но что поделать.