Катаянокка (Katajanokka), она же Скатта, она же Можжевеловый мыс, – бывший полуостров, окончательно отделенный от города в 1840-е годы каналом. Канал, соединявший Северную гавань с Южной, отгораживал вельможную Кауппатори от нежелательного соседа – на Можжевеловом мысу обитали рабочие доков, моряки, их любовницы, легкодоступные барышни и прочий сброд. Приличные люди сюда не заглядывали: Катаянокка была застроена убогими лачугами, в воздухе стоял стойкий запах лодочной смолы, селедки, махорки, портянок и бог весть чего еще, отваживавший от Катаянокка и горожан, и архитекторов, замысливших было на холме императорский дворец, но так и не решившихся прикоснуться к изгою. Первым дерзнул построить здесь морскую казарму Энгель, затем на месте, предназначенном для дворца, воздвигли Успенский собор, вокруг которого еще долго лепились сиротливые хижины, потом в конце XIX века здесь стали устраивать соревнования лыжников – Хельсинки не сразу признал своего непутевого ребенка, но признав, полюбил с той силой, с которой любят обделенных. С приходом архитекторов югенда район претерпел удивительную метаморфозу, вмиг оказавшись востребованным и ценным.
Гауптвахту, за которой находится въезд на Катаянокка, Энгель сначала собирался выстроить рядом с Туомиокиркко, но соседство с солдатней никак не устраивало городские власти. Вояк заставили подвинуться, и гауптвахту воздвигли по соседству с императорским (ныне президентским) дворцом. Рядом на Южную гавань смотрят аккуратные белые соты здания компании Enso. Офис построил Алвар Аалто, и это, пожалуй, одно из самых спорных его зданий: Enso абсолютно утилитарен. Справедливости ради стоит заметить, что если бы ради него не снесли неоренессансный замок Теодора Хёйера, недовольных, без сомнения, было бы меньше.
Зеленые луковицы Успенского собора (Suomen Ortodoksinen kirkko) высятся над холмом между Южной и Северной гаванями. Это второе по величине здание в центре, и так же, как подчинено Туомиокиркко пространство Сенаатинтори, отдан Успенскому остров Катаянокка. Отстроенный в 1868 году Александром Горностаевым Успенский – кафедральный храм Финляндской православной церкви и крупнейший в западной Европе православный собор. Православие в стране исповедуют около 2% коренного населения (60 000 – в Финляндии, 17 000 – в Хельсинки), и православная паства – вторая по численности в Финляндии после лютеранской. Изначально православными были деревни в восточных районах страны и Лапландии (летописи утверждают, что до Чухони дошел Андрей Первозванный), а по мере того как в Хельсинки обживались русские купцы, чиновники, строители, православие накладывало отпечаток и на его облик. Автор сооружений на Валааме и в Троице-Сергиевой пустыне под Питером академик Горностаев изъездил всю Россию, изучая церковную архитектуру, и в его Успенском заметно влияние деревянного зодчества Русского Севера. Изящную резьбу повторила каменная кладка – на века. Собор построен в византийском стиле, вокруг главного купола располагаются четыре поменьше, вокруг них – еще восемь. Здание храма опирается на четыре отполированные колонны из цельного куска скалы, над которыми уходят ввысь сумрачные своды. Иконы для двухъярусного иконостаса написаны Павлом Шпильцовым. Красный кирпич Успенского привезли морем с Аландских островов. Из него была построена шведская крепость Бомарсунд, разбитая во время Крымской войны, – форт разобрали и нетронутый бомбежкой кирпич вновь пустили в дело. Собор строили всем миром – 20 тысяч рублей выделил Александр II, 15 тысяч – Священный синод, еще 11 были собраны по всей России; на Успенский пожертвовал каждый русский купец в Хельсинки. Забавная история произошла с колоколом, подаренным московским мануфактурщиком Хлудовым: когда подарок весом в 300 пудов не поместился в колокольне, звонницу перестроили за счет дарителя.
Строительство собора сыграло с Катаянокка шутку: бывший дурной район вдруг стал полноправным горожанином, и к Катаянокка начали приглядываться граждане побогаче. Внизу под собором, со стороны Канаваранта (Kanavaranta), стоят нетронутыми бывшие торговые склады, переделанные под рестораны. Впрочем, самый известный ресторан в Катаянокка находится дальше, на Лайвастокату. Katajanokan Kasino открылось незадолго до революции для офицеров императорского флота. В смутные времена здание переходило из рук в руки. Сначала, в феврале 1917 года, восставшие матросы казнили здесь флотских офицеров и подняли над Kasino черный анархистский флаг. Затем, в 1918 году, здание облюбовали немцы – участники белого штурма Хельсинки. В конце концов, еще год спустя многострадальное Kasino отошло Союзу офицеров Финляндии, а впоследствии на смену рулетке и расстрелам пришел мирный шведский стол. На втором этаже устроен миниатюрный музей – кабинет маршала Маннергейма, постоянного посетителя.
Другой важный ресторан, Bellevue, с 1917 года специализирующийся на русской кухне, открылся в выстроенном Сонком доме купца Флорина. На фасаде красуется мемориальная доска, сообщающая о том, что здесь посещал школу писатель Алексис Киви. Нехитрые математические подсчеты подсказывают: Киви, умерший в 1872 году, ходил, конечно, не в Сонков дворец, возникший тридцатью годами позже, а в стоявший на этом месте деревянный барак, где учились грамоте дети моряков. Хельсинки не хватает истории, и при первой возможности он ее охотно додумывает – к снисходительному одобрению горожан.
Катаянокка была нищенкой вплоть до конца XIX века. Когда же места в центре стало не хватать, сюда охотно перебрались купцы, к великому счастью, не мешавшие архитекторам творить, что в голову придет. Некто Талльберг решился заказать дом в Катаянокка у никому не известных 25-летних юнцов; в результате в 1897 году на Луотсикату (Luotsikatu 1) выросло нарядное чудо, увенчанное островерхими башенками, с мозаикой витражей и хитроумно инкрустированной дверью. Одного этого заказа было достаточно, чтобы к юнцам выстроилась очередь. Архитекторов звали Гезеллиус, Линдгрен и Сааринен. Начавшийся xx век стал свидетелем неслыханного строительного бума в Катаянокка – на месте бывших бараков и лачуг возникали жилые дома один удивительнее другого, нареченные именами, что звучали в морском городе музыкой. На Круунунвуоренкату (Kruununvuorenkatu 1) смотрел на мир раскосыми глазами окон Aeolus, повелитель ветров; на Луотсикату (№5) Гезеллиус, Линдгрен и Сааринен построили Eol, тезку Аэолуса; на Кауппиаанкату (Kauppiaankatu 7) возник их же работы величественный Ulofborg – неприступный замок с решетчатыми воротами и орнаментированными дверьми; вдохновила архитекторов на его строительство средневековая крепость в Савонлинна.
Есть в Катаянокка и настоящая крепость – городская тюрьма (Vyökatu 1), находящаяся аккурат между роскошными югенд-кварталами и комплексом мида. На ее территории имеется даже собственный архитектурный памятник – морская капелла 1830-х годов, но познакомиться с ним поближе можно только будучи клиентом заведения или дождавшись окончательного переезда тюрьмы в 2003 году. Неприветливый шестиэтажный дом рядом (Linnakuja16) построили на территории гарнизона перед началом Первой мировой для солдатских семей. За тесноту и неудобство здание прозвали Лутиккалинна – «клоповник». Когда большевики захватили власть в Питере, все расквартированные в Хельсинки части Балтийского флота остались зимовать в Катаянокка и ушли на кораблях только весной 1918 года, спасаясь от наступавших на Хельсинки под предводительством Маннергейма белых и немцев.
На северном мысу Катаянокка живет ледокольная флотилия Финляндии. Летом здесь можно увидеть матросов, спускающихся с палубы с велосипедами. Перед причалом ледоколов – роскошный по финским меркам комплекс МИД, напоминающий питерское адмиралтейство. Внутри комплекса, за приоткрытыми воротами, спрятан просторный плац – Тюкистётори (Tykistötori, Артиллерийская площадь). Здания бывшей Морской казармы (Merikasarmi) построены по проекту Энгеля в 1820-е годы (восточное крыло, входившее в изначальный план Энгеля, пристроили позже). мид переехал сюда в 1960-е, когда военные освободили территорию, и сегодня министерство занимает внушительную площадь – несколько департаментов находятся за пределами комплекса по соседству, на Катаянокка.
На юго-востоке от мида лежат новые кварталы, застроенные в конце 1970-х – начале 1980-х годов. Самыми престижными в городе считаются квартиры с видом на море – учитывая, что в Катаянокка вид на море может открываться с трех сторон, нетрудно догадаться, сколько желающих здесь жить. Если в 1970-е годы город рос вширь, раскручиваясь, как спираль, и о красоте новых районов особенно не задумывались, то в 1980-е в градостроительстве произошел поворот – чему новая Катаянокка служит отличным примером.
Восточная Катаянокка – благостный заповедник одиночества в шаге от центра. Сюда не добираются зеваки, здесь выходят на утреннюю пробежку по набережной местные от мала до велика, здесь о тюрьме говорят «наша тюрьма», а вот «наш терминал» или «наш хостел» – такого не услышать; потому как терминал, хостел, Grand Hotel Marina или центр Vanha Satama – все это территория пришельцев.
Дорога от гигантского якоря у здания Katajanokan terminaali приводит к Национальному кинофонду, раскрашенная стена которого напоминает гигантский комикс. Кинофонд занимается бюрократической работой: просто посмотреть финское кино здесь не удастся – за этим лучше ехать в BioRex в Ласипалаци или в Andorra к братьям Каурисмяки.
От кинофонда тянется череда бывших оптовых магазинов при гавани, впоследствии превращенных в офисные центры: мрачный коричневый кирпич, сдержанная функциональность. В выставочном центре Vanha Satama (Pikku Satamakatu 3-5) обитает несколько приветливых ресторанчиков. Магазины строили на месте оборонительных земляных валов; пришедшие в Катаянокка русские торговцы устроили в этой части острова маленький рынок, давший название площади – Наринкамяки (Narinkamäki, Рыночный холм). «На ринка» покупали, торговались и встречались каждый день обитатели Катаянокка; горожанам с «большой земли» отправиться сюда не пришло бы и в голову. Была «на ринка» и героиня местного фольклора – Тупакка Улла (Улла-табачница) – крепкая баба, жевавшая табак, которая могла свалить любого матроса.
Последнее историческое здание южной части Катаянокка, появляющееся за Grand Hotel Marina, – бывшая таможня Густава Нюстрёма (Kanavakatu 6) с плавными башенками и острыми фронтонами на фасаде; здесь сегодня обитает Московский торговый дом. Катаянокка заканчивается так же внезапно, как начинается: вот мостик на Кауппатори, вот гауптвахта, вот оленьи шкуры на лотках. И вода отступает.