Курьез вокруг «Бесед с Джеймсом Греем» — что первую книжку про американского режиссера русского происхождения издали почему-то французы — на самом деле скорее грустный. Грей которого с 90-х называют подающим надежды подражателем Скорсезе, давно вырос в отдельную большую фигуру, но критики продолжают одобрительно похлопывать его по плечу (это в лучшем случае); зрители же плечами все больше пожимают. Просвещать Америку на предмет ее собственных гениев — давняя специализация французов, и с Греем, кажется, случилось приятное дежавю — человек работает внутри системы, каждый раз умудряется добывать на фильмы деньги и звезд, но остается более-менее никому не нужным.
«Беседы» — довольно внушительный двуязычный (на английском и французском) том, похожий на дешевый фэнзин и дорогой альбом по искусству одновременно: создатели выпендрились с версткой, вставили ворох фотокарточек и куски сценариев. Автор Джонатан Минтзер, по совместительству обозреватель The Hollywood Reporter, к самим интервью, впрочем, подходит скорее технично, чем изобретательно — жизнь и творчество автора разбирается тут хронологически и по фильмам. Грей снял свою «Маленькую Одессу» в 24 года, потом с трудом запускался с «Ярдами», из-за которых в итоге разругался с Харви Вайнштейном и тот пытался убрать режиссера из киноиндустрии. Выпустил на свою голову «Хозяев ночи» одновременно со скорсезовскими «Отступниками». Поспорив с Гвинет Пэлтроу, что может делать фильмы не только про крутых парней, снял «Любовников», после которых все его начали любить чуточку больше. Заканчивается книжка историей про неснятый «Потерянный город Z» — экранизацию биографии британского исследователя, с которой к Грею пришел Брэд Питт, но в последний момент соскочил (учитывая, что снялся он вместо этого в кино по книжке «Мировая война Z», человек просто немного запутался в любимой литературе).
Не секрет, что Грей уже пятнадцать лет переснимает примерно один и тот же фильм, во многом при этом чей-то чужой. Автор сам не раз покадрово перечисляет в «Беседах», что именно украл у Хичкока с Висконти. Главное тут, впрочем, не это и даже не обширные пассажи о технической стороне режиссерского мастерства, а вытягиваемая интервьюером автобиографическая подоплека всех фильмов автора. «Маленькая Одесса» была, в общем, про то, как мама Грея умирала от рака, «Ярды» — про то, как папа влип в разборки в железнодорожном депо. «Любовники» и вовсе — кусок биографии каждого второго человека на земле.
То, что Грей снимает так, как мало кто сейчас — бесспорно. Искренность, за которую его любят те немногие, кто его любит (а никого искреннее со времен Кассаветиса, пожалуй, и не было), возникает как раз стыке между профессионализмом и местечковостью; роднящим автора с его же героями желанием сделать все по-взрослому и красиво, но при этом повесить на стену прабабушкин ковер. И кажется, пока Грей будет разрываться между блондинкой и брюнеткой, дискотекой и маминым хумусом — с кино у него все будет хорошо.