Поднимают голову кони, трубит рожок, над горизонтом алеет заря. Очередное племя готовится мигрировать из фейсбука в Google+. Говорят, там ждут новые пастбища, хорошая погода и много красивых женщин. Говорят, что за труднодоступным хребтом, за который не пускают без приглашения, даже самый последний землепашец име­ет не менее ста подписчиков и может добавить в друзья Сергея Брина и Марка Цукерберга.

На самом деле разница между фейсбуком и Google+ соответствует европейским впечатлениям Винсента Веги. Это мелкие отличия. Та же фигня, что здесь, но все немножко по-другому. Все, что в фейсбуке синее, здесь зеленое. G+ чуть-чуть поновее, поэтому он умеет делать разные штуковины, которые фейсбук пока не придумал, но рано или поздно добавит: видеоконференции, публичные записи, контроль над аудиторией. И наоборот, поскольку G+ все еще младенец, здесь пока нет страницы, где можно поставить лайк «Кока-коле».

Но все это по большому счету неважно. Успех или неуспех социальной сети не определяется функциональностью. Главное, что G+ — это новая клевая штуковина и все мы туда отъедем, пока кто-нибудь не придумает чего поновее и поклевее. Сейчас мы будем наблюдать смешную картину: все модные ребята начнут регистрироваться на новом месте, не покидая старого, — как Джеймс Бонд, у которого застряла нога во время прыжка из «астон-мартина» в «бумер». У всех будет по два аккаунта с одними и теми же записями, из которых первая обязательно должна звучать так: «О нет! Только не еще один фейсбук!»

 

 

Это случалось уже много раз — например, во время Великого переселения народов. По всей Евразии старичье сидело в хибарках, категорически отказываясь менять привычный уклад жизни. Потом Аттила прогарцевал на жеребце до Пан­нонии и дальше, и вот результат: на берегах Дуная запивают токайским гуляш веселые ­мадьяры, а удивленные туристы не устают ин­тересоваться: как вышло, что их ближайшие родственники живут за Балтийским морем? История постоянно повторяется. Сначала переезжают пассионарии. Потом друзья пассионариев. Потом все остальные — те, что в G+ называются extended circles. Полгода спустя на когда-то оживленном торжище остаются одни лишь шамкающие ста­рики да несколько дурачков, слишком глупых или ленивых для того, чтобы двинуться дальше.

Что же происходит на старом месте потом? Ес­ли коротко: зомби. Покинутые социальные сети скрипят на ветру, притягивая воронье и деклас­сированных элементов. Заброшенные аккаунты стоят, как хрущевки в Припяти: видно, что хозяевам пришлось собираться впопыхах и не было времени даже закрыть форточку. Копятся запросы, громоздится неубранный спам. Словно комнату Синей Бороды открываю я свой зарегистрированный в 2001 году LiveJournal. Кто все эти люди, которые надобавляли меня в друзья за по­следние семь лет? Зачем они пришли? Кто это тяжело ворчит в углу, повторяя на разные лады слово «брейнз»? Та же доля уготована фейсбуку, хотя первой жертвой G+ падет пригодный лишь для египетских революций твиттер. Я давно говорил корректорам «Афиши»: не надо делать из фейсбука имя нарицательное, потому что рано или поздно его забудут так, как позабыли Friendster и Napster. Теперь пусть думают, как писать Google+: «гуглплюс»? «гугл+»? «googleплюс»? Послушайте меня, дорогие корректоры. Оставьте как есть. Самое удобное жилье — это юрта.