Во весь экран
Фотография: twitter.com/#!/miriamelder
«Сегодня нас ждет необычный вечер и необычный концерт» — этими словами Елена Север, так называемая патронесса фонда «Федерация», открыла один из самых странных российских приемов последнего времени.
Несколько сотен гостей собрались под внушительным белым тентом, установленным на смотровой площадке Воробьевых гор. Было трудно прикинуть, сколько именно людей там было — и зачем они пришли. Несколько пожилых дам сообщили, что билеты им достались от сыновей, работающих в правительстве (возможно, те не захотели явиться сами, чтобы не светиться в обществе, где, в частности, бродил неизвестный гость, смахивающий на преступного авторитета Тайванчика).
Развлекательная программа, включающая в себя концерты итальянского тенора Андреа Бочелли и выступление музыкальной группы режиссера Вуди Аллена, должна была привлечь внимание к проблемам детских онкологических и офтальмологических больниц — по крайней мере так утверждали организаторы. И действительно, на каждом столе среди тарелок с закусками, подозрительно менявшими свой цвет и форму в течение вечера, были разложены конверты с записками от больных детей. Например, Илья Морозов, четырехлетний мальчик из Владимирской области, написал о том, что мечтает о «вертолете на пульте управления». Чтобы окончательно развеять подозрения в том, что у этого бала есть какие-то цели, кроме благотворительных, на столах имелись и пачки документов с печатями и подписями главврачей нескольких больниц, которые благодарили фонд «Федерация» за предоставленное оборудование. Впрочем, все эти письма почему-то были датированы концом июня или началом июля и были написаны словно под копирку.
/
Во весь экран
Фотография: twitter.com/#!/miriamelder
Но приглашенные голливудские звезды смотрели вокруг с некоторой растерянностью. «Что, мне надо встать и произнести какую-то речь? Но мне ничего не говорили об этом!» — говорил своему телохранителю Крис Нот, больше известный как мистер Биг из «Секса в большом городе». По его словам, он и сам не понял, зачем его позвали на этот прием. «Может, потому что у всех приглашенных есть свои дети? — предположил он, будучи отцом мальчика трех с половиной лет. — Я уверен, что нас всех позвали для привлечения прессы».
За столиками сидели всамделишные Орландо Блум, Софи Лорен и Фрэнсис Форд Коппола. «Нам заплатили гонорар — номинальный гонорар, — признался Нот. Это притом что фонд «Федерация» все время утверждал обратное: звезды приезжают бесплатно.
Крис Нот прежде ничего не слышал о деятельности фонда и молча проглотил историю о том, как после похожего мероприятия «Федерации» в Петербурге больницы сообщили, что никаких денег они так и не получили. Впрочем, кое-кто, видимо, успел услышать о фонде достаточно, чтобы забеспокоиться: Дастин Хоффман и Ларри Кинг в последний момент не приехали. Анна Зайцева, сотрудница агентства Platinum Rye Entertainment, впрочем, сказала, что они оба заболели. Внезапно. Одновременно.
Актер Джереми Айронс предположил, что его позвали в Москву, потому что «присутствие на концерте звезд повышает статус фонда, помогающего педиатрическим клиникам». И поспешно уточнил: «Я прав? Я думаю, что это все устроено для фандрайзинга — понятно же, что здесь у каждого гостя денег куры не клюют». При этом приглашение приехать он получил только на прошлой неделе — буквально накануне мероприятия.
/
Во весь экран
Фотография: Андрей Стенин/РИА Новости
Неловкости происходящего на сцене только подчеркивали странную атмосферу в зале. Патронесса Север в ослепительном синем платье с открытыми плечами вела прием на пару с фигуристом-чемпионом Петром Чернышевым. После того как Андреа Бочелли исполнил несколько композиций, она попросила его не уходить со сцены и лично вручить подарки — плюшевых мишек — двум незрячим девочкам. «Девочки будут счастливы, если он сам вручит им подарки — переведите ему!» — скомандовала она переводчику. И поприветствовала малышек — тех самых, что уже мелькали на декабрьском концерте «Федерации» в Петербурге, — словами «Девочки, я рада видеть вас!»
Государственное благоволение к деятельности фонда, выраженное, во-первых, в том, что «Федерации» бесплатно предоставили рекламные плошади в Москве и не взяли ни копейки за аренду площадки на Воробьевых горах, на приеме олицетворял министр культуры Александр Авдеев. Он сообщил, что хочет сердечно поблагодарить Леночку. «Я говорю «Леночка», но вас больше знают как Елену Мороз. Почему вы смеетесь? Ох, конечно, Елена Север».
Остальные шутили и хихикали чуть поменьше. Сергей Фурсенко, президент Российского футбольного союза, печально напомнил публике: «Когда дети болеют, это очень грустно».
Во весь экран
Фотография: twitter.com/#!/miriamelder
Наконец, в антракте появился Владимир Киселев, глава фонда «Федерация». На нем была синяя рубашка того же оттенка, что платье Север, которая чрезвычайно шла к его ледяным глазам и остроносым туфлям из змеиной кожи.
Его окружила небольшая группа западных журналистов. Диалог выдался примерно следующий: «Скажите, Елена Север — ваша супруга?» — «В настоящий момент Елена Север — ведущая». — «Вы заплатили звездам за то, что они приехали?» — «Идите и спросите у них сами». — «Как вам удалось уговорить Путина выступить на прошлом концерте?» — «Я простой человек. Думаете, я могу вот так запросто позвать премьер-министра?» — «Так как же он там оказался?» — «Ногами, наверно».
Он решительно отмахнулся от многочисленных вопросов о деятельности фонда — откуда поступают деньги, куда они идут. «Я буду продолжать делать свое дело, и никто меня не остановит». Фонд, по его словам, это «идеальный духовный проект» и ничего больше.
Повисла тишина, и Киселев неожиданно сообщил, что он только что разогнал тучи на небе при помощи самолетов. И добавил: «А может быть, это рука Бога». Подхватив саркастический тон, в котором глава фонда отвечал на вопросы, один из моих коллег-журналистов, спросил: «А вы с ним лично знакомы?» — «С Путиным?» — «Нет, с Богом».
К концу вечера столики наполовину опустели, еда растаяла, конверты были вскрыты. Некая группа «Санкт-Петербург» закрывала концерт песней «Русские, русские, неспокойная судьба,/Но зачем, чтоб быть сильней, нам нужна беда?». И в этом трудно не обнаружить иронию.