Фотография: Алексей Юшенков
Год назад все началось с того, что прямо посреди Столешникова переулка соорудили качели в форме губ — в честь нового праздника потребления. Главным инициатором прошедшей 10 сентября «Модной ночи» — так сдержанно переводят на русский англоязычное Fashion’s Night Out — выступила Анна Винтур, напуганная феноменальным падением продаж дизайнерских вещей во время рецессии. Прошлой осенью действительно казалось, что модному ретейлу кранты: магазины закрывались и в Москве, и в Нью-Йорке, банкротились казавшиеся вполне устойчивыми бренды, из-за 90-процентных распродаж даже те, у кого были деньги, отказывались их тратить на покупку новых коллекций, да и в целом шопиться стало просто неприлично. Надо отдать должное организаторам Fashion’s Night Out — прикрываться туманными лозунгами они не стали, сразу заявив: хотим вернуть выручку в магазины. Сказали — сделали: в десяти модных столицах, от Милана до Мумбая, состоялось весьма инфернального толка действие, в самом деле привлекшее кучу участников. В Москве по центральным улицам прокатились отголоски новоорлеанского Марди-Гра: разнаряженные тетки, мечтающие попасть в раздел светской хроники журнала Vogue, быстро напились халявным шампанским и веселыми гагаузами стали резвиться в окрестностях ЦУМа. Западная критика в результате обозвала эту международную затею маркетинговым провалом: обещанной баснословной прибыли не случилось, да и вернуть людей в магазины помогло выравнивание экономического фона, а отнюдь не отчаянный призыв фэшн-деятелей. Хотя у нас положительный результат из всей этой затеи все-таки сложился: в ЦУМе появился корнер российских дизайнеров, проект, пусть и неоднозначный, но зато достаточно резонансный. А вот зачем в отсутствие ясной объединяющей идеи нужно интернациональное продолжение в этом году, все-таки не очень понятно — настаивают в основном на том, что «всем хочется праздника». Впрочем, почему бы и нет.