В 2008 году университетский преподаватель экономической теории Александр Легчаков придумал радиопостановку «Cops on Fire» — хип-хоп-пьесу о борьбе добра со злом в отдельно взятом полицейском участке. Саша Dza из объединения how2make взялся за музыку, а дружественная компания молодых театралов, самостоятельно поставившая пелевинский рассказ «Хрустальный мир», предложила адаптировать пьесу для настоящей сцены. Пока сценарий доводили до ума, произошла масса громких событий. В апреле 2009-го майор милиции Денис Евсюков расстрелял покупателей в московском супермаркете. В июне в сети появился сатирический комикс «Человек-Грызлов», где нарисованный супермен, похожий на спикера Госдумы, ликвидировал последствия взрыва на московском газопроводе. В сентябре вышел пронзительный фильм Николая Хомерики «Сказка про темноту» про сухопарую милиционершу в поисках нежности. В октябре авторы «Сops on Fire» предложили управлению ГУВД Москвы провести премьеру спектакля в стенах ведомственного Дома культуры, на что услышали: «Сначала напишите что-нибудь нормальное». В ноябре еще один майор милиции, Алексей Дымовский, распространил в интернете косноязычное обращение к коллегам, призывая их вспомнить о чести и достоинстве. 4 декабря хип-хоп-мюзикл «Cops on Fire», посвященный как раз проблеме искоренения зла в рядах охраны порядка, покажут в Петербурге.
На вопрос о том, не странно ли ставить спектакль про американских копов, когда реальной фактуры хоть отбавляй, Легчаков отвечает: «Мы делаем историю про гротескных персонажей, а не про ментов, которых показывают по НТВ. Мы говорим не про социалку и бытовуху, а про то, как стать героем. Христианская идея куда-то ушла, в наше время всем правит кровожадная античность. На повестке дня — самые древние темы: месть, справедливость, гомосексуализм, демократия. Перед началом репетиций я выслал ребятам список из сорока фильмов, которые нужно посмотреть — в частности, «Плохой лейтенант», «Тренировочный день», «Револьвер» Гая Ричи и еще кучу всего».
Сценарий в самом деле не претендует на репортаж с канала НТВ. Начать с того, что фамилия главного героя — Козульски, его товарища зовут Яблонски, а рэпер Ларик Сурапов и вовсе играет молодого офицера Пипи. Весь этот польско-бруклинский состав, как выясняется, обязан детским воспоминаниям автора сценария. Яблонски происходит из детектива в мягкой обложке «Страх открывает двери» («Я его раз пятьдесят читал», — уточняет Легчаков), а Козульски — это от деревни Козулька в Красноярском крае, откуда он родом. Копы заняты не то борьбой с торговлей наркотиками, не то собственно торговлей, попутно им приходится мстить за отцов, девушек и выяснять отношения между собой — авторы с видимым удовольствием обещают на сцене «горы трупов». В пересказе все это напоминает какой-нибудь полицейский боевик с Митхуном Чакраборти, на репетиции оказывается, что спектакль примерно так и выглядит: Мишель Гондри подхалтуривает в Болливуде. Труппа собирается поздно вечером: половина состава занята в серьезных спектаклях. Исполнитель благодушного увальня Яблонски только что сыграл главную роль в трехчасовой постановке запрещенной Лазарем Кагановичем пьесы «Самоубийца». Режиссер, отряхивая куртку, выходит из образа Добчинского в «Ревизоре». Долговязый актер, пришедший на репетицию с букетом, получил цветы в благодарность за роль Филле в «Малыше и Карлсоне». Художники вырезают из картона пистолеты, «кадиллаки», пончики, стаканчики с кофе и зажигалки «Зиппо». Танцоры примеряют свежеокрашенные маски, среди них — инспектор Пуаккар из фильма «На последнем дыхании», Чак Норрис и собака Мухтар. «Картон, коробки, упаковки, — объясняет худрук, — это же подлинный язык улиц». На экран проецируют фрагменты из видеострелялок, постановщики спецэффектов обсуждают, как обыграть каждое из убийств — как и в случае с индийским кино, можно по крайней мере ручаться за то, что все будет крайне зрелищно. Режиссер дает инструкции кордебалету: «Была на американском телевидении передача «Soul Train», где танцоры по очереди выходили из круга плясать под фанк, соул и буги. На этот флоу мы и будем ориентироваться». «Но что означает мой флоу, какой в него вкладывается смысл? Достоверно ли он выглядит?» — беспокоится соответствию акробатических прыжков системе Станиславского хорошенькая актриса. Ларик Сурапов в танцевальных номерах не участвует: «Конечно, нелегко вникнуть во все эти актерские дела с гротескными жестами. Дрючат нас тут по полной программе, очень утомительно. Но я спокоен: со всем, что касается хип-хопа — стиль, вкус, монологи, — здесь все четко выдержано».