Оливеровские рецепты всегда сопровождаются превосходными эпитетами не только в текстах, но и в заголовках

Новый сборник Джейми Оливера оправдывает потраченные на него деньги одним только рецептом соленых лимонов — тайного марокканского гастрономического оружия. Отбыв положенное в банке с рассолом и собствен­ным соком, лимоны превращаются в алхимический сгусток дикого, совершенно парфюмерного аромата — не соленья, не закуска, а готовое сырье для эрмесовских духов. Соленым лимоном можно крестить и отпускать грехи, это лучший на свете пропуск в мир кулинарных фокусов — он выглядит как украшение и пахнет как сад с гуриями. Этим лимонам вроде бы не место в книгах Оливера: их приготовление занимает минимум месяц, надо уметь стерилизовать банки — таких подвигов от читателей Джейми обычно не требует. Но «Вместе с Джейми» как раз и состоит из таких находок, обнаруженных им в Италии, Испании, Франции, Швеции, Греции и Марокко, ради них он готов уговорить читателя купить тажин, разориться на шафран и заказать домой банку лютефиска, зловонной скандинавской трески.

Эта книга похожа не столько на сборник рецептов, сколько на корпоративный гастрономический журнал какого-нибудь low-cost-перевозчика: тут в большей степени рекламируют страны, чем еду. В Стокгольме вкусная рыба, и туда есть дешевые рейсы, в Марокко совсем не страшно — и тоже есть дешевые рейсы, в Грецию рейсов, кажется, нет, зато мясные рагу гениальные. Гидом для Ryanair «Вместе с Джейми» выглядит не случайно: это краткий конспект шестисерийного сериала «Jamie Does», в котором он колесил по упомянутым выше странам. Если прочитать книгу сразу после просмотра, то вывод окажется еще проще: никогда вам не удастся повторить то, что Оливер готовил и пробовал в Марокко, Греции и пр. Тажин из баранины, которая много часов томилась в глиняном горшке, зарытом в теплые угли громадной общественной печи в Марракеше, — не то же самое, что рагу из калмыцкого барашка, булькающее в чугунке в московской квартире; дикая дорада, приготовленная в углях и соли прямо на андалусском берегу, — не то же самое, что дорада из гастронома, запеченная дома в духовке. Что уж говорить о свежевыловленном тунце — этот рецепт из греческой серии Оливер даже не стал включать в книжку.

Опись путешествий Оливера учит нас тому, что гастрономия — это искусство возможного: некоторые вещи повторить дома нереально. Но на их тему можно пофантазировать, и фантазия иногда способна оказаться удачней оригинала. Доказательством тому — оливеровский рецепт паэльи, нарушающий все мыслимые правила. Тем не менее он накормил этой паэльей жителей одного маленького испанского городка — и ничего, ели за милую душу. А может быть, просто дело в том, что человеку с хорошим аппетитом и большой ­телекамерой рады везде.