«Коппола знает, чего хочет, и этого добивается. Но она ходит кругами. Ей необходимы соавторы, другие голоса, которые бы оттеняли ее собственный. А она не готова к сотрудничеству. Представьте себе: Скотт Рудин, один из самых влиятельных и уважаемых продюсеров в Голливуде, хотел предложить ей проект. И не смог с ней связаться, его к ней просто не подпустили», — Энн Томпсон пытается спасти Софию Копполу от нее самой.

«У нее прекрасный взгляд. Она отлично выбирает людей, с которыми работает. Она все то, чем мы надеялись стать, но не стали, когда нам было столько, сколько ей сейчас. Она еще не сломалась, и ей пока что везло, но все равно — давайте поддержим ее» — из похвальной речи Билла Мюррея на National Board of Review Awards, где Копполу награждали за «Где-то».

«Тупой коммерческий императив в конечном счете подминает под себя и режиссера с его сюрреалистическими проделками, и Рогена с его грубым анархическим юмором. Это не ужасный фильм, нет, просто бессмысленный» — А.О.Скотт в The New York Times про «Зеленого Шершня» Гондри.

«Справедливости ради: та штуковина, которую произвел на свет Гондри, кажется, сама в курсе того, как по-идиотски она выглядит» — Дж.Хоберман в The Village Voice про него же.

«Пытаясь найти хоть что-то, заслуживающее похвалы, я вспомнил, как меня поразил странный и неповторимый звук, какого я в жизни не слышал, — некий высокочастотный визг. Впрочем, увы, это не заслуга Гондри — как выяснилось, его издавали сушилки для рук из расположенного по соседству мужского туалета» — Роджер Эберт в Chicago Sun Times про него же.

«Оригинал, снятый Генри Хэтэуэем, — не шедевр, но там хотя бы был Джон Уэйн, источавший угрозу, которой лишен Бриджес. Именно поэтому новая версия так успешна: это вестерн без зубов, точнее, даже и не вестерн, а игра с его символами; появление в финале ковбойского цирка свидетельствует о том, насколько фильм заплутал во всей этой очаровательной жанровой мифологии. <...> Эта беззубость, эта игривая сентиментальность обесценивает любой смысл, который могли сюда вложить Коэны», — Ричард Броуди в своем блоге на сайте The New Yorker ругает «Железную хватку».

«Если рассматривать фильм через призму его потомков, то «Потемкин» — что-то вроде «Битвы за Алжир» (плюс «Триумф воли», «Психо» и «Восход скорпиона»), снятый Акирой Куросавой и смонтированный Аленом Рене» — Дж.Хоберман про ретроспективный показ «Броненосца «Потемкин».

«Самое остроумное тут — надписи на рекламных плакатах: «Господь любит гольф», «Кушай мясо», «Депрессия — наш рулевой». Последний пункт с большой вероятностью станет актуален для тех, кто рискнет посмотреть это сатирическое недоразумение» — Стивен Холден в The New York Times про «Конфискаторшу» Алекса Кокса, опоздавший на 15 лет сиквел к его же культовому «Конфискатору».

«Если для французов «Отчаянная домохозяйка» — целый каталог аллюзий, то для нас это, пожалуй, прежде всего «Служебный роман» наизнанку. Комическим образом мадам Пюжоль добивается социальной позиции, которую в советском фильме сдавала директор Людмила Прокофьевна Калугина. Там, как мы помним, напротив, переживала превращение из «мымры» в «вазу», из руководящего работника в женщину с правом делать модную прическу и ходить на каблуках» — Олег Зинцов в «Ведомостях» про нового Франсуа Озона.

«Переигрывая своего партнера Аарона Экхарта и бессовестно перетягивая на себя одеяло, именно Кидман превращает фильм Митчелла из штампа в подлинную драму» — Антон Долин там же про «Кроличью нору».

В завершение (теперь уже точно) темы итогов прошедшего года — сборный топ-25 редакции сайта Kinote, составленный с сильной оглядкой на аналогичные списки умных европейских изданий, но зато познавательный (к тому же там есть соловьевские «Одноклассники») и традиционный проект Армонда Уайта «Лучше, чем...», выполненный в жанре киноведческого троллинга: главным критическим и зрительским фаворитам противопоставлены фильмы, которые нравятся самому Уайту: «Джона Хекс» лучше «Железной хватки», Шаброль лучше фильма про голую Мишель Уилльямс, «Vincere» Беллоккьо лучше «Карлоса» Ассайаса. Последний пункт подтверждает давнее подозрение, что Уайт не человек с парадоксальным вкусом, а мошенник (кто видел «Vincere», тот поймет: это как сказать, что Кончаловский лучше Михалкова, там разницу с микроскопом искать надо).